Нацдвижение между империей и этносом

Нацдвижение между империей и этносом
 
Теория и практика возрождения
 
В современной русской общественной мысли на протяжении последних
двух-трех лет происходит малоосмысленное размежевание сторонников
Империи и «национального государства». Этот процесс начался тогда,
когда радикальному крылу патриотов-националистов понадобилось
провести в ферзи смутогонный концепт, соединивший две идеи.
 
Во-первых, нация равняется этносу, который осознал, что общность крови порождает общность всех политических интересов, и принялся формулировать эти интересы, а затем и добиваться их реализации. Например, строя или перестраивая государственный механизм на основе выдвинутой им к власти элиты, которая скреплена по преимуществу
узами единой крови.
 
Во-вторых, требования, сформулированные элитой и поставленные на фундамент кровного братства, должны осознаваться в политике как абсолют. Все, им противоречащее, смеющее оспаривать их, должно быть разрушено.
 
Этот концепт приобрел немало сторонников благодаря кажущейся
простоте и ясности, а еще того более благодаря деятельности реальной
политической элиты России, то и дело идущей в прямо противоположную
сторону – в сторону подавления этнических интересов русских. Но до
начала двухтысячных оно сопровождалось «остаточным» подходом к
запросам русской культуры, целенаправленным разрушением русского
исторического самосознания и странными зигзагами в отношениях с
Русской Православной Церковью. На протяжении пяти или шести
последних лет государство принялось создавать артефакт державного
(паспортного) патриотизма, минимально налаживать отношения с
Церковью и т.п. Все это происходит в крайне недостаточных дозах,
крайне непоследовательно и коряво, но производит более благоприятное
впечатление по сравнению с тупыми гонениями всего русского в 1990-х.
Если оставить в стороне вопрос о том, какая часть прокремлевской
элиты действительно желает позитивных изменений в стране, а какая
просто отрабатывает новую, квазипатриотическую информационную
стратегию (этих, по всей видимости, большинство), то придется
признать: период позднего Путина вычеркнул из массового сознания
многие острые вопросы 1990-х гг. Таким образом, сохранился
сравнительно небольшой набор факторов раздражения, способных хотя бы
в теории вызвать массовое возмущение, а там и переворот, который
позволит переделить поле исполнительной власти. Главный из них –
этнический.
 
Надо смотреть правде в глаза: рубеж между позициями «имперцев» и
«этнонационалистов» отчетливей всего виден не в сфере теоретических
споров, а в плане методов борьбы. Правоверный «кровник», как
правило, убежден в неизбежности новой смуты или, вернее, в ее
необходимости. И он в подавляющем большинстве случаев исповедует
радикализм по отношению к существующей власти. «Имперец» чаще
напирает на необходимость «раскола» существующей элиты, работы с ее
«здоровым» элементом, он уповает на мирное «продавливание» важных
преобразований во власть. «Имперец» чаще указывает на издержки
вооруженной борьбы: очередная революция и очередная гражданская
война опять уложат в гроб миллионы тех же самых русских и опять
приведут к непредсказуемому результату. А скорее всего, просто
уложат русских на дно демографической ямы. Нельзя сказать, чтобы
среди «имперцев» не находилось сторонников переворота. Также нельзя
утверждать и обратное: будто среди «этнонационалистов» одни
сторонники революционной стратегии. Нет. Но такова тенденция, и
исключения только подтверждают ее.
Скачать весь документРазмер файла
ros.doc83 кб