Причины массового насилия

В чем следует искать объяснение как массовых убийств, так и
феноменальных достижений ХХ века?
 
Георгий Дерлугьян
 
Практика массового уничтожения людей получила распространение в ХХ
веке прежде всего потому, что массовые производство и контроль
сделали возможными ранее утопические проекты полномасштабной
трансформации общества
Проницательнейший историк современности Эрик Хобсбаум отмечает
труднообъяснимую способность модных кутюрье предугадывать смену
эпох. В самом деле, эпоху абсолютистских монархий можно четко
определить по аристократическим парикам. Парики распространяются при
европейских дворах с 1630−х годов и столь же быстро исчезают после
1789 года с Французской революцией. В буржуазном XIX веке
влиятельные мужчины носят чопорные сюртуки и цилиндры.
 
По этой мерке ХХ век наступает не в календарном 1900 году, а с
погружением современного мира в катастрофу 1914−го. Квинтэссенцией
массового общества ХХ века становятся повседневные костюмы инженеров
и служащих. Война принесла цвет хаки, френчи и кители, перепоясанные
дождевики и кожанки — стиль диктаторов и тайной полиции, хотя
изначально это лишь профессиональная одежда механиков и пилотов.
 
Судя по моде же, ХХ век закончился преждевременно — уже в 1968 году.
Вспомните битлов, босиком пересекающих Эбби Роуд. Мир захватывают
молодежные джинсы. В 1989-м пал последний оплот застегнутых на все
пуговицы бюрократов — советский блок.
 
Итак, если символические фигуры раннего модерна — дворянский щеголь
и солидный буржуа, а нынешний постмодерн стал эпохой молодых
шалопаев, то «высокий модернизм» ХХ века был периодом инженеров,
управленцев, диктаторов и военных.
 
Индустриализация власти — беспрецедентно возросший потенциал творить
добро и зло — вот в чем следует искать объяснение как массовых
убийств, так и феноменальных достижений ХХ века.
 
Наступательная паника
 
Сразу оговорю, какие объяснения надо оставить — хотя они весьма
популярны среди публицистов и тиражируются на киноэкранах. Это
представления о насильственной природе человека либо инстинктах
толпы и тоталитарных идеологиях.
 
Социолог Рэндалл Коллинз в только что опубликованной в Принстоне
монографии обобщает массив данных о насилии в целом спектре ситуаций
— от семейных ссор и драк на стадионах до полицейских и тюремных
избиений, уничтожения пленных, погромов и геноцида. Согласно
Коллинзу, насилие всегда ситуативно и кратковременно, то есть
зависит от микросоциального контекста и соотношения сил, а не от
психологических комплексов и порочной генетики.
 
Абсолютное большинство актов насилия совершается нормальными людьми,
попавшими в ненормальные обстоятельства.
Скачать весь документРазмер файла
prichini.doc86.5 кб