Православие и историческая критика

Федотов Г.
 
Православие и историческая критика.
Традиционализм православия - вещь общеизвестная. Православие есть религия
предания по преимуществу. Если характеризовать христианские исповедания по
их отношению к источникам веры, то - разумеется, с сильным упрощением -
можно сказать: протестантизм хочет утвердить себя на Слове Божием,
католичество - на авторитете иерархии, православие - на предании церкви. В
православии религиозная личность живет органической жизни святого
коллектива ("соборность"), лишь в нем предстоит Богу и в нем почерпает для
себя источник своей веры и благочестия. Казалось бы, такая установка
принципиально исключает возможность критического отношения к содержанию
предания. Критика противополагает свое исследование истины общепризнанному
коллективному суждению. Критика нечестива.
 
С другой стороны, история в православии более, чем где бы то ни было,
приобретает священный смысл. Опыт Церкви раскрывается во всей полноте не в
жизни современности - не редко упадочной - но лишь в смене поколений,
хранящих и обогащающих предание. Исторический прецедент часто имеет для
православия решающее значение. Более, чем каноны, - уроки святых,
усмотрение провиденциальной судьбы в жизни Церкви определяют оценку
сегодняшнего дня. В православии Церковь часто именуется "земным небом". Но
если небо опускается на землю, если святое пронизывает историческую плоть,
то не стираются ли грани между историей и легендой? Земная жизнь
становится насквозь чудесной. Биография превращается в агиографию, портрет
- в икону. Героизированные образы подвижников Царства Божия вытесняют
людей из плоти и крови. История становится невозможной.
 
Я не отрицаю, что таково только отношение к истории темной, но
благочестивой массы православного народа, - таково оно, впрочем, и в
католичестве. - Однако, в православии существует историческая наука и
православная интеллигенция, которая не думает отказываться от достижений
критической мысли. Работа научной мысли не остается достоянием кружков.
Она оцерковливается. Ее результаты воспринимаются клиром и просачиваются в
народ. Это процесс естественный и неизбежный. Но его можно понять, как
вторжение чуждых начал западного (протестантского) рационализма,
размывающих твердый материк православия. Я хотел бы показать, что это не
так, что проблема научной, в частности, исторической критики вытекает из
духа православия. Историческая наука не чужеродное тело в православной
культуре, но один из лучших цветов, распустившихся на ее древе.
 
Показать это невозможно, исходя из обоих понятий - на первый взгляд
исключающих критицизм в православии: из предания и из истории.
 
Как ни велико значение священного предания в православии (в современных
богословских схемах оно включает в себя и св. Писание), - предание Церкви
остается неопределенным в своих границах. Оно не имеет своего канона,
подобно Слову Божию. Оно хранится в книгах св. отцов, в богослужении, в
иконографии, в современном богословии и в религиозном сознании верующего
народа. Ни один из этих источников предания (кроме догматических
определений церковных соборов) не мыслится непогрешимым. Священное
предание Церкви включено в общий поток исторического предания, всегда
сложного, всегда мутного, человечески сплетающего истину и ложь. Как грех
живет в человеческой праведности (святости), так ложь - в человеческом,
хотя бы и церковном, предании. Задача аскезы моральной состоит в отсечении
греха, в процессе освящения личности. Задача богословия - в высвобождении
чистой основы священного предания из-под наросшего в истории, наряду с
религиозной прибылью, исторического шлака.
Скачать весь документРазмер файла
kritika.doc70 кб