Цена кризиса

Цена кризиса
 
Григорий Дубовис
 
Рожавшие женщины - это было не так страшно, как женщины с
мертвыми детьми. А рожали многие. Удивительно, что так мало из
них умерло. Их просто накрывали чем-нибудь и оставляли. Они
всегда забирались в самый темный угол трюма и там рожали. Как
только их уводили с мола, они уже ничего не боялись.
Греки тоже оказались милейшими людьми. Когда они уходили из
Смирны, они не могли увезти с собой своих вьючных животных,
поэтому они просто перебили им передние ноги и столкнули с
пристани в мелкую воду. И все мулы с перебитыми ногами
барахтались в мелкой воде. Веселое получилось зрелище. Куда уж веселей.
Эрнст Хемингуэй. В порту Смирны
 
Нет ничего легче, чем разоблачить одну национальную историю с
позиций другой национальной истории. Сей поединок
представляется бесконечным. Звон труб и литавр взаимных
уличений в подтасовке фактов столь громогласен, что напрочь
забывается то обстоятельство, что кроме национальной «науки»
есть еще и просто наука, без кавычек.
 
Светлое завтра
 
До сих пор у многих людей бытует представление, что под названием
«неомальтузианство» прячется пропагандистская кампания,
призывающая к ограничению рождаемости.
Это заблуждение подтверждается архаичными
словарями и энциклопедиями. В действительности эта область
знания изучает связь исторических процессов с демографией и
природными ресурсами. К 1980-м гг. интерес к неомальтузианству
стал ослабевать, но положение кардинальным образом изменилось
в 1991 г. после выхода в свет монографии Дж. Голдстоуна
«Революции и восстания в раннем современном мире»[1]. Если
марксизм рассматривал историю как борьбу двух
антагонистических классов, то Голдстоун поместил в центр
исследования структуру из трех элементов: народа, государства
и элиты. Непростое их взаимодействие в процессе
демографических циклов оказалось весьма плодотворным.
Со времен античности ученые пытались объяснить цикличность
истории человеческих сообществ, их взлеты, падения и
растворение в других сообществах. Лев Николаевич Гумилев
придумал даже некий ген пассионарности, ответственный за это
явление. В том, что гумилевская теория этногенеза быстро
завоевала умы, немалую заслугу имел изобразительный талант
автора, что в общем и не удивительно для сына Николая
Степановича Гумилева и Анны Андреевны Ахматовой.
Увы, по прошествии времени выяснилось, что теория этногенеза
является малообоснованной гипотезой, а связь цикличности
исторических процессов с демографией можно весьма строго
доказать без воображенных Гумилевым генов.
 
На протяжении веков в разных местах земли рост населения приводил
к исчерпанию ресурсов, после чего голод, эпидемии и войны
приводили к завершению одного цикла и началу следующего.
В доиндустриальном обществе (оно и сегодня встречается в
некоторых странах) определяющим ресурсом были продукты
питания. В постиндустриальном обществе лимитирующим фактором
могут оказаться энергоносители или… Будем надеяться, что в
фильме «Кин-дза-дза» есть преувеличения.
* * *
Весьма плодотворно применил демографически-структурную теорию
Голдстоуна для трактовки истории Восточной Европы Сергей
Александрович Нефедов[2], труды которого лежат в основе наших
очерков. Напомним читателю, что демографически-структурные
циклы состоят из трех фаз.
 
Первая - называется фазой роста. Она характеризуется наличием свободных
земель, быстрым ростом населения и посевных площадей, низкими
ценами на продукты питания, относительно высоким уровнем
потребления основной массы населения, строительством или
восстановлением поселений.
Скачать весь документРазмер файла
cena.doc177.41 кб