Казачество

Наивные множества
 
Григорий Дубовис
 
Каждый человек имеет некоторый горизонт взглядов. Когда он
сужается и становится бесконечно малым, то превращается в
точку. Тогда человек говорит: «Это моя точка зрения».
Давид Гильберт
 
Многие люди думают, что математика - наука сложная. Подобные
представления весьма наивны. Даже до такого простого понятия,
как множества, математики додумались только в конце XIX в.,
когда Георг Кантор сформулировал: «Множество есть многое,
мыслимое как единое» (см. Приложение). Общественные науки и
философия додумались до этого принципа задолго до Кантора.
 
Рабочий класс.
 
Дать определение такому множеству, как класс,
оказалось не так уж и трудно: было достаточно определить
отношение к средствам производства. Правда, возникли известные
сложности с крестьянством, рабочей аристократией и
пролетариями умственного труда. Практикам марксизма пришлось
немало потрудиться, чтобы попытаться привести жизнь в
соответствие с теорией и очистить страны победившего
пролетариата от мелкобуржуазной стихии. Этот великий почин
приобрел грандиозный масштаб, но столкнулся с непредвиденными
трудностями. Оказалось, что каждый человек вмещает в себя
целый мир, мелкобуржуазная стихия в этих джунглях чувствует
себя, как рыба в воде, и всегда готова начать партизанскую
войну, одерживая победу за победой.
* * *
Впрочем, национальная теория множеств, в отличие от марксизма,
избегает чеканных формулировок, но в главном обе теории
сходятся: «Если враг не сдается, его уничтожают». Что же
касается формулировок, то их нельзя опровергнуть, пока они не
сформулированы, а чеканить шаг можно без скучных расчетов
прибавочной стоимости. Их с успехом заменяют пламенные строки
поэтов и вдохновение национальных историков. Особенно в том
случае, если битва за «умы» использует ряд беспроигрышных приемов.
 
Во­первых, события прошлого должны представлять собой
непрерывную череду народных страданий от козней враждебных,
а потому реакционных наций. Причем, страдания эти должны быть
вызваны не слабостью нации, но ее трудолюбием, мирным нравом и
наивностью.
 
Во­вторых, время от времени страдания должны прерываться
взлетом национального самосознания, после чего подлые враги
и предатели возвратят все на круги своя. Более
того, они погрузят нацию в вековой сон.
 
Наконец, в­третьих, от летаргии нацию пробудит истинно народная,
подлинно демократическая элита, и каждый, кто не будет ее
вожделеть, будет последним гадом. Или хуже того - тайным или
явным представителем враждебной нации. Хотя может быть и масоном.
 
Голодомор в Советской Украине 1932-1933 и независимая Украина с 1991 [1]
 
Национальная теория множеств обречена на победу. При одном
непременном условии. Необходимо утаить то досадное обстоятельство,
что примерно такая же трагически-героическая история есть не
только у дружественных наций, но и у враждебных. Если, не дай
бог, это получит огласку, то может выясниться, что представители
разных наций ничуть не хуже и не лучше остальных. А самое
страшное, если сквозь стальной заслон государственных СМИ и
школьных программ просочатся сведения о том, что история
бывает не только национальной, но и научной. Тогда на э
тнической чистоте и чистках можно поставить крест. Или полумесяц.
Скачать весь документРазмер файла
kazachestvo.doc176.91 кб