Истоки парадигмы единства: Украина и создание русской истории

Истоки парадигмы единства: Украина и создание русской национальной истории
(1620-е – 1680-е гг.)
Зенон Когут
Идея русско-украинскою единства некогда была настолько распространенной, что
даже сегодня, когда существует независимая Украина, многие продолжают считать,
что исторически, лингвистически, культурно и даже духовно Украина является или
должна являться частью России. Каково происхождение этих взглядов? Когда и как
они сформировались?
Данная статья является попыткой дать ответ на эти вопросы, проследив роль
Украины в развитии традиционной схемы русской истории, или "гранд-нарратива"
[grand narrative] происхождения и эволюции российской империи. (1) Имперский
"гранд-нарратив объединил династическую, религиозную, имперскую и русскую
национальную историю с целью представить практически непрерывную – тысячелетнюю
историю "России" и "русского народа". Именно в рамках этого нарратива украинцы и
русские рассматриваются как ответвления одного народа, разделяющие общее
историческое наследие, общую православную веру и, поэтому, общую национальную
судьбу.
Хотя идея единой России окончательно сформировалась не ранее середины
девятнадцатого века, ее корпи можно проследить вплоть до семнадцатого века,
когда Украина и Россия встретились впервые. В то время Украина и Россия довольно
сильно различались. Они очень разнились в политическом плане: Московия была
абсолютистским самодержавием со слабым понятием о региональных или личных
правах. Украина, с другой стороны, находилась под влиянием политического строя
Польско-Литовского государства с его выборной монархией, автономией шляхты и
хорошо развитыми корпоративными и региональными правами. Даже общая православная
вера имела па Украине свою специфику, поскольку украинское православие
испытывало влияние западных культурных тенденций и католической контрреформации.
(2)
Хотя в семнадцатом веке Украина и Московия принадлежали к разным мирам, между
ними существовали также исторические и религиозные связи. Московский двор
прекрасно сознавал, что правители Киевской Руси, так же как и правители
Московии, принадлежали к династии Рюриковичей. Высшее духовенство и книжники
Московии, разумеется, знали, что на Украине исповедуют то же православие и что
древнерусские летописи говорят о блеске Киева. Тем не менее, для московитов эти
связи относились к далекому прошлому. Упоминания древнего Киева являлись для них
ключевыми аргументами при утверждении легитимности и приоритета правящей
династии и ее православной веры, а также - при строительстве империи. Речь не
шла о притязаниях па киевское наследие как таковое. (3) Это ясно прослеживается
в характерных для XVI века попытках связать московских. правителей с имперским
наследием Византии. "Сказание о князьях Владимирских" (1520-е или 1530-е гг.)
представило новую мифическую генеалогию русских князей, прослеживая их
происхождение от римского императора Августа, через его брата Пруса, который
правил землей Пруссии и, как утверждалось, был предком Рюрика и последующих
киевских князей. В "Сказании" также утверждалось, что живший в одиннадцатом веке
киевский князь Владимир Мономах получил дары, знаки отличия и императорскую
корону от византийского императора Константина IХ Мономаха. Как гласила легенда,
корона, известная как "шапка Мономаха", была передана правителям Московии, и
предполагаемая шапка Мономаха начала использоваться в церемонии коронации царей.
Скачать весь документРазмер файла
istoki.doc68.5 кб